«После обеда ездили на автомобиле с Рахом»
Печатная версия



Блог редакции, Главная



«После обеда ездили на автомобиле с Рахом»

Май 8, 2016

В круг интересов немецкого исследователя Йохена Хойслера входит выявление связей немецкой и русской культур на основании изучения государственных, музейных и частных архивов. Роберт Штерль, Струве, Скрябин – все эти талантливые люди были близкими друзьями композитора Сергея Рахманинова и, по стечению обстоятельств, привлекли внимание ученого. О законах, действующих внутри научного сообщества, радостях самостоятельных исследований и настоящей дружбе Йохен – частый гость арт-отеля «Рахманинов» – рассказал корреспонденту ARTWAY.TV.

– Как и почему вас заинтересовали вопросы, связанные с российско-германскими отношениями?

– Можно сказать, что это стало следствием холодной войны. Я вырос в Нижней Саксонии, и наш дом располагался недалеко от железного занавеса. С малых лет мы видели, какие там люди, чем они отличаются нас и так далее. Кроме того, у меня были родственники в Берлине, на территории которого шла в то время своя внутренняя холодная война. Имея паспорт западной Германии, я мог посещать советский сектор Берлина и сравнивать.

Однажды на доске информации в своем университете я увидел объявление о возможности поехать в СССР на учебу по обмену. В 1960-е это время это было редкостью. Когда наш бывший канцлер Аденaуэр посетил вождей Советского Союза, у него было два дипломатических успеха – освобождение последних немецких пленных и соглашение о том, что примерно 300 студентов отправятся в советские университеты. В то время, работая над аспирантской диссертацией, я прошел конкурс за это место и получил его. Во время учебы я работал в Ленинградском электротехнической институте и жил в общежитии, что позволило быстро выучить русский язык.

– Будучи доктором технических наук, опытным инженером, в настоящее время вы исследуете темы, которые можно скорее назвать гуманитарными.

– Да, формально я историк-любитель. После университета работал гланым инженером в компании «Siemens» и внимательно наблюдал за отношениями Запада и Востока. Когда же вышел на пенсию – появилось время, чтобы продолжать эту деятельность. Я нахожусь в интересной ситуации по сравнению с профессурой и учеными, которые вынуждены работать каждый в своей узкой области и «защищать» ее границы. Наука – это политика. В Германии около 30 университетов и половина имеет кафедры восточной истории или литературы. Большинство из них знакомы с моими публикациями. Однако на свои встречи они меня ревниво не приглашают.

Самые интересные вопросы всегда появляются на границе. И для меня таких ограничений не существует. Поэтому у меня и появились работы, касающиеся Рахманинова и его друга Николая Струве, который был сыном одного крупного предпринимателя в Коломне. Он владел машиностроительным заводом и внедрил в России дизельную технику. Для меня это интересно. Почему именно там? Таким образом, я занимался историей этой фирмы и этого семейства. В конце концов это стало причиной того, что меня начали охотно приглашать многие организации как исследователя истории немецко-русских отношений в области культуры, техники и производства. Часто бываю в России.

[nggtags gallery=rah_1]

– В свое время, когда Немецкий союз сварщиков и Институт электросварки в Киеве договорилась о сотрудничестве, вы сопровождали немецкую делегацию. Это был полезный опыт?

– Работа в «Siemens & Halske» позволила это сделать, не раз сыграв положительную роль в моей жизни. Когда в Берлине открылся первый завод, главной задачей стало строительство первой в Германии телеграфной линии, связавшей Франкфурт-на-Майне с Берлином. Фирму действительно тогда спасли заказы из России. В 1853 году «Siemens & Halske» начала строительство русской телеграфной сети, которое завершилось через два года. Сеть покрыла расстояние свыше 10 тыс. км, протянувшись от Финляндии до Крыма.

Раньше в Германии и России помнили про эти связи. Но вследствие холодной войны и во время коммунизма все эти предпринимательские вещи были описаны исключительно с точки зрения марксизма-ленинизма. Предприниматели превратились в ужасных людей и пр. Слава богу, что теперь можно исследовать эти вопросы, в том числе в петербургских архивах, которые раньше были закрыты для иностранцев.

– Возможно, вас часто спрашивают, что вы думаете о различиях между русским и немецким менталитетом. Имеются ли таковые или это просто миф?

– Я не отвечаю на такие вопросы (смеется). Поскольку у меня нет таланта судить о людях. Конечно, бытуют стандартные представления. Я никогда не забуду, как в общежитии одна студентка, которая не очень любила немцев, сказала: «Если они хотя купить колбасу – они ходят в лавку со счетной линейкой!» Есть, конечно, разница, это чувствуется по музыке, литературе. Однако, по сути, наши нации не так далеки, как это часто многим кажется.

Вчера на лекции я прочитал произведение Вяземского «Самовар». Он был во Франкфурте и посетил главу российской миссии по фамилии Убри. Семейству Убри и посвящено стихотворение. «В нас ум – космополит, но сердце – домосед. Прокладывать всегда он любит новый след, и радости свои все в будущем имеет. Но сердце старыми мечтами молодеет…» В общем, почитайте.

– Помнится, у самого Рахманинова были друзья-немцы, которые входили в его близкий круг общения, верно?

– Да. Я исследую там, где чувствую успех раскрытия, некую новость. Например, известный импрессионист Роберт Штерль был профессором Дрезденской Королевской Академии искусств. Высшее образование в те времена было доступно только мужчинам. Потому он организовал частные женские художественные курсы. Их посещала Вера Струве, супруга композитора Николая фон Струве. А Струве был близким другом Сергея Рахманинова, сотрудничал в Российском музыкальном издательстве с дирижёром Сергеем Кусевицким. Неудивительно, что судьба связала всех этих талантливых деятелей.

Есть люди, которые говорят на одном языке и все равно друг друга не понимают, подобно волнам с разной частотой. И есть люди, понимающие друг друга почти без слов. В письмах к жене Штерль делится впечатлениями от встреч с композитором: «Получил от доброго Раха – так Штерль называл Рахманинова – на три вечера билеты, два в оперу и сегодня, наконец, у Станиславского. Было чудесно, я ошеломлён. После обеда ездили на автомобиле с Рахом». Сергей Васильвич писал другу: «Мой дорогой господин Штерль, Вашу картину я получил. Вы не могли бы доставить мне более радости, и я даже не знаю, как я должен благодарить за это… картины я возьму с собой в Нью-Йорк, повешу в своей комнате, буду смотреть на них и думать о Родине». Это была добрая дружба.

Беседовала: Юлия Батракова

Оставьте комментарий



Сегодня в Израиле отмечают самый главный государственный праздник-День Независимости. ...



В стенах прекрасной Анненкирхе прозвучат авторские композиции ...



1 апреля 2013 года все почитатели таланта Сергея Васильевича ...



 

Почему мы не могли пропустить премьеру документального фильма «Русские ...


Вы можете оставить комментарий




© Арт-холдинг «Рахманинов», 2012 - 2017

   
59 views